Решение Свердловского районного суда Красноярска 30 сентября 2010

Решение суда от 30 сентября 2010 года о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда

Свердловский районный суд г. Красноярска в составе
председательствующего судьи - Князевой О.В.,
с участием ст. пом. прокурора Свердловского района г. Красноярска – Чепелевой Н.Г.,
истца – Михалева И.Ю.,
представителя ответчика ООО, доверенность от <…>, <…>, доверенность от <…>,
при секретаре – Яхонтовой Н.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску М.И.Ю. к ООО о возмещении вреда здоровью и компенсации морального вреда,

установил:

М.И.Ю. обратился в суд с иском к ООО о возмещении вреда здоровью и компенсации морального вреда, мотивируя требования тем, что истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком ООО с 28.11.2007г. по 05.10.2009г. в должности инженера-электроника службы безопасности. 08.10.2008г. около 16 часов при выполнении трудовых обязанностей: установке камеры видеонаблюдения на стене в здании цеха упаковки, расположенного на территории завода, истец получил травму руки в результате падения с монтажной лестницы с высоты около 3-4 метров. Вечером этого же дня истец обратился в травмпункт, где ему был поставлен диагноз: перелом ладьевидной кости правой кисти и выдан больничный лист с 09.10.2009 года. О несчастном случае истец поставил в известность начальника службы безопасности, им также была дана объяснительная об обстоятельствах получения травмы. Однако под давлением руководства и обещаниями оплатить все расходы на лечение, он вынужден был изменить свои объяснения, и указал, что травму руки получил в результате удара капота автомобиля. С 21.10.08г. по 31.10.08г. истец находился на стационарном лечении, где ему был произведен остеосинтез ладьевидной кости правой кисти винтом Герберта, который был приобретен за счет собственных средств истца в сумме 21 046 руб. После выхода на работу, истец предъявил к оплате больничный лист, в котором было указано, что травма получена на производстве, однако работодатель выплатил ему по больничному листу 60% от заработной платы – 27 347, 39 руб., недоплата составила 19 512,29 руб. Поскольку травму истец получил на производстве, просит взыскать с Фонда социального страхования недополученную сумму по больничному листу – 19 512,29 руб., расходы на приобретение HCS канулированного винта в сумме 21 046 руб., также просит обязать работодателя составить акт формы Н-1 и взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.
Впоследствии М.И.Ю. требования уточнил, и просил обязать ответчика ООО составить акт формы Н-1, признав травму производственной, взыскать недополученную сумму по больничному листу – 19 512,29 руб., расходы на приобретение HCS канулированного винта в сумме 21 046 руб., компенсацию морального вреда 50 000 руб.
В судебном заседании истец требования поддержал в полном объеме, суду пояснил, что работая в должности инженера - электроника службы безопасности в ООО, 08.10.2008 г. около 16 часов, выполняя работу по установке камеры видеонаблюдения на здании цеха упаковки, расположенного на территории завода, получил травму руки в результате падения с монтажной лестницы с высоты около 3-4 метров. Вечером того же дня он обратился в травмпункт по месту жительства, расположенный по адресу: <…> где ему был поставлен диагноз: перелом ладьевидной кости правой кисти. Об этом он поставил в известность своего непосредственного руководителя - начальника службы безопасности <…> С 09.10.2008 г. ему был открыт больничный лист по несчастному случаю на производстве. 10.10.2008г. он прибыл на работу по вызову <…>, где с его слов было написано объяснение, в котором были отражены все обстоятельства произошедшего. В этот же день начальник отдела охраны труда - <…> осмотрела в его присутствии место получения травмы, где отчетливо были видны следы скольжения лестницы по бетону, в результате которого и произошло падение. Вечером того же дня ему позвонил <…> и сказал, что объяснение необходимо переписать, указав, что травму он получил в быту, так как получение травмы на производстве не устраивает руководство завода, на что истец ответил отказом. После чего <…> начал звонить матери истца домой и по месту работы, с просьбой повлиять на его Решение, обещая при этом возместить все затраты на лечение и реабилитацию. Когда истец вновь приехал на завод, <…> сказал ему, что если он перепишет объяснение на бытовую травму, ему будет выплачена материальная помощь и полностью будут возмещены все затраты на лечение, также он пояснил, что в противном случае истец потеряет работу. После чего <…> проводил его в отдел охраны труда, где инженер отдела охраны труда, написал другое объяснение об обстоятельствах получения им травмы, в котором были указаны несуществующие обстоятельства, а именно, что травма была получена в результате удара крышкой капота личного автомобиля по руке. После того, как объяснение было написано, он поставил на нем свою подпись, поскольку не в состоянии был оспаривать данное объяснение, так как испытывал сильную физическую боль. С 21.10.2008 г. по 31.10.2008 г. он находился на стационарном лечении в травматологическом отделении МУЗ ГКБ № 6, где был произведен остеосинтез ладьевидной кости правой кисти винтом Герберта, который был приобретен им на личные средства. Несмотря на то, что в больничном листе у него была указана производственная травма, оплата по больничному листу была произведена не в полном объеме, а в размере 60% от заработной платы. С документами, свидетельствующими о том, что комиссией по расследованию несчастных случаев проводилось какое-либо расследование, он ознакомлен не был, обещанных руководством выплат за утрату здоровья и лечение произведено не было. На неоднократные просьбы выполнить свое обещание о возмещении затрат на лечение, руководство отвечало отказом, ссылаясь на тяжелое финансовое положение предприятия. Он обратился в инспекцию по труду г. Красноярска с просьбой провести проверку по данному факту. Инспекция по труду г. Красноярска отказала в признании полученной травмы производственной, поскольку в объяснении об обстоятельствах получения травмы стоит его подпись. В результате оказанного давления работодателем и под угрозой увольнения за нарушение трудового законодательства, 05.10.2009 года он был уволен по собственному желанию. В результате получения травмы, нахождения на стационарном и амбулаторном лечении, истцу приходилось за свой счет оплачивать расходы на лечение, реабилитацию, кроме того, в настоящее время он вынужден претерпевать ряд неудобств и ограничений, связанных с невозможностью использования функций правой руки в полном объеме, в связи с чем, он ограничен при выборе трудовой деятельности. Просит обязать ответчика ООО» составить акт формы Н-1, признав травму производственной, взыскать недополученную сумму по больничному листу – 19 512,29 руб., расходы на приобретение HCS канулированного винта в сумме 21 046 руб. и компенсацию морального вреда в сумме 50 000 руб.
Представитель ответчика ООО, действующая на основании доверенности от <…>, исковые требования не признала в полном объеме, суду пояснила, что М.И.Ю. действительно являлся работником ООО, исполнял обязанности инженера - электроника службы безопасности с 28.11.2007г. по 05.10.2009г. Истец утверждает, что 08.10.2008г. он выполнял работы на высоте 3-4 метра при помощи монтажной лестницы один в рабочее время и совершил падение на территории ООО в результате чего, получил травму руки, а именно перелом ладьевидной кости правой кисти. При этом его никто не видел. Лестница была не стремянка, а как утверждает истец, монтажная, следовательно, она должна была стоять под наклоном и опираться на стену, значит сама лестница должна быть более 3 метров, иначе высота падения не могла быть 3-4 метра. Кроме того истец зная, что предстоят работы на высоте 3-4 метра с монтажной лестнице, должен был и обязан побеспокоиться о технике безопасности и подстраховке при выполнении работ, а не действовать в одиночку. Если, как утверждает истец, что он проводил работы один с монтажной лестницы и не поставил в известность до выполнения работ непосредственно своего руководителя, то он, таким образом, нарушил п.3.1.5. Программы вводного инструктажа, согласно которому должен немедленно сообщать своему непосредственному руководителю о любом несчастном случае, происшедшем на производстве, о получении травмы в быту, по пути на работу, с работы о признаках профессионального заболевания, а также о ситуации, которая создает угрозу жизни и здоровью людей. Вводный инструктаж был проведен истцу при приеме на работу под роспись и подтверждается записью в журнале регистрации вводного инструктажа. Согласно ст. 21 и ст. 214 ТК РФ работник обязан соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда. Травму истец получил по своей вине, из-за грубейшего нарушения им правил техники безопасности и не соблюдении мер предосторожности. При этом истец мог и должен был предвидеть наступление возможных негативных последствий. Кроме того, Михалев И.Ю. знал о существовании на территории предприятия здравпункта, однако истец не обратился в здравпункт и не зафиксировал получение травмы на территории предприятия, хотя мог и должен был это сделать. Руководствуясь гл. 36 ТК РФ была создана комиссия и в течение трех дней проведено расследование несчастного случая произошедшего с М.И.Ю. В результате расследования были получены объяснения истца 10.10.2008г., согласно которым, по его словам, он получил травму за территорией предприятия в не рабочее время капотом личного автомобиля, что и было записано с его слов инженером по ОТ и ПБ в присутствии начальника отдела ОТ и ПБ ООО и инженера по ОТ и ПБ ООО, при этом объяснительная записка была собственноручно подписана М.И.Ю. Данное объяснение было дано после того, как истец не смог показать начальнику отдела ОТ и ПБ конкретного места падения на территории ООО. В данном случае место получения травмы вызывает сомнения, поскольку точного места указано не было, в своих объяснениях он первоначально путался, подписал совсем противоположное объяснение, никто истца не видел ни в момент проведения работ ни в момент падения, лестницу ему не давали. Согласно п. 3.1.6. Программы вводного инструктажа «при несчастном случае на производстве работник обязан вызвать работника здравпункта, сообщить начальнику цеха, сохранить до расследования обстановку на рабочем месте и состояние оборудования таким, каким они были в момент происшествия», что истцом также не было сделано. Согласно показаниям, полученным в ходе расследования несчастного случая комиссией ООО и Государственным инспектором по охране труда факт того, что травма истцом получена во время выполнения трудовых обязанностей и на территории ООО не подтверждается и не доказан. Акт формы Н-1 составляется лишь при условии, что несчастный случай произошел на производстве. Так как в ходе расследования установлено, что травма произошла не на территории предприятия и в не рабочее время, то составлен акт в произвольной форме и травма квалифицирована как бытовая. В связи с тем, что комиссия при расследовании несчастного случая пришла к выводу о получении травмы в быту, оплата произведена в соответствии с действующим законодательством в размере 60%. Кроме того, М.И.Ю. оказана материальная помощь в размере 5 000,00 руб. Истец своевременно получал расчетные листы, в которых указаны начисления, однако никаких претензий по поводу начислений и выплат руководству и бухгалтерии не предъявлял. Лишь в июле 2009г. истец обратился за повторным расследованием в Федеральную службу по труду и занятости государственную инспекцию труда в Красноярском крае. И в ходе повторного расследования факт получения М. травмы 08.10.2008г. в результате несчастного случая на производстве - не подтвердился. Считает, что несчастный случай произошедший с М.И.Ю. 08.10.2008г. является бытовым, кроме того М.И.Ю. в настоящее время не является работником ООО, учитывая, что после несчастного случая прошло почти два года, а акт формы Н-1 составляется в отношении сотрудника организации в результате расследования несчастного случая на производстве, просит требования истца об обязании ООО составить акт формы Н-1, компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.
Представитель ответчика Н.А., действующая на основании доверенности от <…>, исковые требования истца в части возмещения недополученной суммы по больничному листу – 19 512,29 руб., расходы на приобретение HCS канулированного винта в сумме 21 046 руб., не признала, суду пояснила, что обязанность по оплате больничного листка лежит на работодателе. Также, в соответствии с пп. 3 п. 1 ст. 8 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998г. № 125-ФЗ, обеспечение по страхованию осуществляется в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая, на лечение застрахованного, осуществляемое на территории РФ непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая на производстве до восстановления трудоспособности или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы травма, полученная М.И.Ю., квалифицируется как вред здоровью средней тяжести. Просит в удовлетворении исковых требований отказать.
Суд, выслушав истца, представителей ответчиков, свидетелей, заключение ст. пом. прокурора Свердловского района г. Красноярска Ч.Н.Г., полагавшей исковые требования истца подлежащими удовлетворению, исследовав представленные материалы, считает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению частично, по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 212 ТК РФ на работодателя возложены обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации.
Согласно ст. 227 ТК РФ расследованию и учету в соответствии с нормами ТК РФ подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах. Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли: в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.
В силу ст. 229.2 ТК РФ несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
По правилам ст. 230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой.
При несчастном случае на производстве с застрахованным составляется дополнительный экземпляр акта о несчастном случае на производстве.
В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.
После завершения расследования акт о несчастном случае на производстве подписывается всеми лицами, проводившими расследование, утверждается работодателем (его представителем) и заверяется печатью.
Работодатель (его представитель) в трехдневный срок после завершения расследования несчастного случая на производстве обязан выдать один экземпляр утвержденного им акта о несчастном случае на производстве пострадавшему (его законному представителю или иному доверенному лицу). Второй экземпляр указанного акта вместе с материалами расследования хранится в течение 45 лет работодателем (его представителем), осуществляющим по решению комиссии учет данного несчастного случая на производстве. При страховых случаях третий экземпляр акта о несчастном случае на производстве и копии материалов расследования работодатель (его представитель) в трехдневный срок после завершения расследования несчастного случая на производстве направляет в исполнительный орган страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя).
В судебном заседании установлено, М.И.Ю. состоял в трудовых отношениях с ответчиком ООО в должности инженера-электроника в структурном подразделении службы безопасности с 28.11.2007г., что подтверждается трудовым договором № 344 от 28.11.2007 года (л.д. 8-10), приказом № 1039 л/с от 30.11.2007г. о приеме на работу (л.д. 125).
Согласно представленным копиям листков нетрудоспособности, М. И.Ю. находился на больничном в период с 09.10.2008г. по 26.11.2008г., в связи с произошедшим 08.10.2008г. несчастным случаем на производстве (л.д. 24, 25).
В связи с полученной травмой - перелом ладьевидной кости правой кисти, истцу 22.10.2008г. проведена операция: открытая репозиция ложного сустава, остеосинтез винтом Герберта; НCS канулированный винт стоимостью 21 046 руб. приобретен истцом, что подтверждается медицинскими выписками (л.д.11, 12), копиями чеков (л.д. 13, 14).
Приказом ООО ФИО38 от 27.10.2008г. за № 1361, на основании заявления работника и докладной записки начальника службы безопасности, М.И.Ю. оказана материальная помощь в размере 5 000 руб. на лечение (л.д. 47, 48, 49).
В судебном заседании были допрошены свидетели со стороны истца – <…>.
Так свидетель 1 пояснил, что приходится родным братом истцу. 08.10.2008г. М.И.Ю. около 18 часов приехал домой к родителям, зашел в ванную комнату и положил правую руку под холодную воду, пояснив, что на работе, при установке камеры на стену, упал с лестницы. Он отвез его домой, а затем в травмпункт. Через несколько дней брат на работе написал объяснительную об обстоятельствах случившегося, а затем переписал объяснительную, поскольку ему работодатель пообещал компенсировать расходы на лечение. Однако ему ничего не оплатили.
Свидетель 2 пояснила, что приходится гражданской супругой М.И.Ю., 08.10.2008г. ей на работу позвонили родители, и сказали, что М.И.Ю. получил травму. Когда она приехала и увидела М.И.Ю., было принято решение ехать в травмпункт. После посещения травмпункта, около 22 часов М.И.Ю. позвонил своему начальнику и сказал, что находится на больничном, поскольку упал и сломал руку. Через несколько дней её отец возил его на работу, где тот написал объяснительную как все произошло, что упал на работе с лестницы, затем объяснительную переписал, что на руку упала крышка капота, поскольку его начальник начал звонить матери, уговаривать, чтобы Игорь переписал объяснительную, а ему на работе все расходы возместят.
Свидетель 3 суду пояснил, что М.И.Ю. приходится гражданским супругом его дочери. После получения травмы, через несколько дней он возил М.И.Ю. на работу, где, со слов М.И.Ю., осматривали место происшествия, пообщались с работниками и взяли объяснение. На следующий день стали поступать звонки с просьбой объяснение переписать. Он отговаривал М.И.Ю. переписывать объяснение, но тому пообещали все затраты на лечение оплатить.
Свидетель 4 пояснила, что приходится матерью истцу. 08.10.2008г. сын приехал к ним домой около 18 часов, сказал, что упал на работе с лестницы. Второй сын отвез его в травмпункт, где Игорю поставили диагноз: перелом кости правой руки. Через день Игорь на предприятии написал объяснительную о том, при каких обстоятельствах получил травму. Через день, на её рабочий телефон стал звонить начальник Игоря, уговаривать, чтобы сын переписал объяснительную. Затем приехал к ней на работу, просил поговорить с сыном, чтобы он изменил объяснение, а ему все расходы на лечение оплатят, говорил, что если травму признают производственной, то их лишат вознаграждения. Сын объяснительную переписал, и на этом все закончилось. Обещанных выплат сын не получил.
Также суду представлены письменные пояснения, согласно которым 08.10.2008г. М.И.Ю. зашел в рабочее помещение <…>, работавшего электромонтером в ООО, и попросил приставную лестницу для производства монтажных работ в цехе упаковки. Он выдал М. трехметровую лестницу. Вечером этого же дня лестницу обнаружил на месте. Через несколько дней к нему зашел М. и представитель по технике безопасности и сообщили о несчастном случае на производстве, лестница была осмотрена и признана исправной. То, что М. работает, видел несколько раз. Момент падения не видел (л.д. 107).
В обоснование своих возражений представитель ответчика представил: акт от 13.10.2008г. расследования несчастного случая, согласно которому комиссия провела расследование несчастного случая произошедшего с работником 08.10.2008г. и приняла Решение квалифицировать данный несчастный случай как травма по пути с работы (л.д. 50). Основанием для принятия указанного решения послужила объяснительная записка М.И.Ю. от 10.10.2008г. о том, что 08.10.2008г. после окончания рабочего дня в 17.30 часов М.И.Ю., при проверке технического состояния своего автомобиля, получил травму – крышка капота сорвалась и упала на правую руку (л.д. 51); выписку из журнала амбулаторного приема работников в здравпункте предприятия за 08.10.2008г., из которой следует, что М.И.Ю. в амбулаторию предприятия 08.10.2008г. не обращался (л.д. 58-60); журнал регистрации вводного инструктажа, согласно которому М.И.Ю. ознакомился с программой вводного инструктажа 27.11.2008г. (л.д. 61-62).
Согласно п. 3.1.5 Программы вводного инструктажа работник обязан немедленно сообщать непосредственному руководителю о любом несчастном случае, происшедшем на производстве, о получении травмы в быту, по пути на работу, с работы, о признаках профессионального заболевания, а также о ситуации, которая создает угрозу жизни и здоровью людей; п. 3.1.6. Программы предусмотрено, что при несчастном случае на производстве работник обязан вызвать работника здравпункта, сообщить начальнику цеха, сохранить до расследования обстановку на рабочем месте и состояние оборудования таким, каким они были в момент происшествия, если это не угрожает жизни и здоровью пострадавшего и окружающих и не влечёт к аварии (л.д. 71).
В рамках проведенного расследования несчастного случая на производстве были опрошены М.И.Ю., подтвердивший обстоятельства получения травмы на производстве, в результате падения с лестницы (протокол опроса пострадавшего от 21.07.2009г.) (л.д. 128-129); заместитель начальника цеха Упаковка, пояснивший, что 08.10.2008г. на территории цеха М.И.Ю. он не видел. Ни о каких работах в помещениях цеха его в известность не ставили. Когда и где М.И.Ю. получил травму никто из работников смены не видел (протокол опроса должностного лица при несчастном случае от 10.10.2008г. (л.д. 130-131); ФИО7 начальник службы безопасности ООО, пояснивший, что 08.10.2008г. в 21 час. ему позвонил М. и сказал, что сломал руку на работе. 10.010.2008г. была создана комиссия для расследования несчастного случая. В медпункт на работе М. не обращался, очевидцев несчастного случая не было, из объяснений Михалева стало ясно, что травму он получил при осмотре личного автомобиля (протоколы опроса должностного лица несчастного случая от 21.07.2009г., от 10.10.2008г. (л.д. 132-133, 134-135).
В судебном заседании по ходатайству представителя ответчика были допрошены свидетели <…>.
Так, свидетель 5 пояснил, что является государственным инспектором по охране труда. В инспекцию поступила жалоба от М.И.Ю., и ему пришлось выехать для проведения внеплановой проверки в ООО. М.И..Ю. получил легкую травму. Он ознакомился с материалами расследования, в том числе, и объяснением М.И.Ю., из которого следовало, что травму он получил после работы. Инструктаж с М.И.Ю. по технике безопасности был проведен и он был поставлен в известность о необходимости при получении травмы обратиться в медпункт. М. было получено 5 000 руб. и он успокоился, но прошло время и он решил признать травму производственной.
Свидетель 6 суду пояснила, что работает в ООО в должности начальника отдела охраны труда и промышленной безопасности. Происшествие с участием М. расследовалось на основании имеющихся фактов. Объяснения Михалев давал в присутствии двух свидетелей, и после этого было принято решение квалифицировать травму как бытовую. О происшествии она узнала от начальника службы безопасности 09.10.2008г. М. приехал на предприятие 10.10.2008г. Сначала он пояснил, что упал, затем, что упал в цехе Упаковки и ударился о рельсы, далее сказал, что упал с лестницы. Предполагаемое место происшествия было осмотрено. М. сказал, что лестницу взял у электромеханика, но в то время механик находился в отпуске. Объяснительную М. писал 10.10.2008г. Поскольку акт о расследовании несчастного случая был составлен в произвольной форме, М. с актом не знакомили. После проведения расследования М. к ним не обращался.
Свидетель 7 пояснил, что работает в должности инспектора по охране труда в ООО. С М. встречались на территории предприятия, но лично они не знакомы. Объяснение за М. 10.10.2008г. с его слов писал он На место происшествия он сам не ходил. Очевидцев падения М. с лестницы не было.
Исследовав представленные доказательства в совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных требований о признании несчастного случая производственным, поскольку в судебном заседании нашел подтверждение факт получения травмы истцом на территории предприятия, в рабочее время и при выполнении трудовых функций.
В соответствии со ст. 3 Закона № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под несчастным случаем на производстве понимается событие, в результате которого застрахованный работник получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору как на территории работодателя, так и за её пределами, во время следования к месту работы и возвращения с работы на транспорте, предоставленном работодателем. К несчастным случаям относится травма.
Получение истцом травмы на территории предприятия, в рабочее время и при выполнении трудовых функций подтверждается представленными доказательствами: трудовым договором, должностной инструкцией инженера-электроника службы безопасности (л.д. 63-65), табелем учета рабочего времени, согласно которому 08.10.2008г. М.И.Ю. находился на работе (л.д. 124), листками нетрудоспособности и медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени тяжести за № 738, согласно которым 08.10.2008г. М.И.Ю. получил травму на производстве (л.д. 24, 25,126), свидетельскими показаниями, которые согласуются между собой и не противоречат друг другу, а также заключением судебно-медицинской экспертизы от 28.07.2010 года за № 517 из выводов которой следует, что анализом представленных медицинских документов и результатов объективного осмотра при настоящей экспертизе установлено, что у М. И.Ю. при обращении за медицинской помощью 08.10.08г. имелась травма правой кисти, представленная переломом ладьевидной кости и отеком мягких тканей, в настоящее время у него имеется сросшийся несопоставленный перелом ладьевидной кости правой кисти в условиях металлоостеосинтеза, нарушение функции кисти и лучезапястного сустава лёгкой степени. Данная травма вызвала временную нетрудоспособность продолжительностью более 21 дня, что, согласно пункту 7.1. раздела II приказа МЗ и СР РФ 194н от 24.04.2008г, отнесена к критерию, характеризующему квалифицирующий признак длительного расстройства здоровья. По указанному признаку, согласно правилам «Определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (Постановление правительства РФ № 522 от 17.08.2007г), данная травма квалифицируется как вред здоровью средней тяжести. Вышеуказанная травма правой кисти, представленная переломом ладьевидной кости и отеком мягких тканей возникла от воздействия тупого твердого предмета (предметов), а именно могла быть получена либо в результате падения на вытянутую руку и удара ладонной поверхностью кисти о твёрдую поверхность, либо при прямом ударе по ладонной поверхности кисти. Данная травма могла быть получена М.И.Ю. при обстоятельствах указанных в материалах дела (при падении с монтажной лестницы с высоты около 3-4 метров в результате скольжения основания лестницы по бетонному полу назад, а верхней части лестницы вниз по стене, когда для предотвращения удара Михалев И.Ю. выставил правую руку ладонью вперед перед собой, для смягчения удара). Получение травмы М.И.Ю. в виде перелома ладьевидной кости правой кисти без сопряженных с ней других травм руки (без травмы мягкотканых образований кисти) при ударе капотом автомобиля по тыльной поверхности кисти (правая рука лежала на облицовке капота, капот сорвался с упора и упал на правую руку) не возможно, на что указывает клиническая картина и диагноз (л.д. 169-183).
Доводы представителя ответчика о том, что травму М.И.Ю. получил вне рабочее время и за территорией предприятия, суд находит необоснованными, поскольку указанные доводы опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.
К показаниям свидетелей <…> суд относится критически, поскольку указанные свидетели состоят в трудовых отношениях с ответчиком, и находятся в материальной зависимости от работодателя.
Показания свидетеля <…> о том, что им не установлен факт получения М.И.Ю. травмы на производстве, не могут являться безусловным основанием для отказа истцу в удовлетворении заявленных требований, поскольку проверка проводилась по документам, представленным ответчиком, лица, опрошенные в ходе проверки, состояли в трудовых отношениях с ответчиком, и были заинтересованы в благополучном для них исходе дела.
Ссылку представителя ответчика, в обоснование своих возражений, на нарушение истцом п. п. 3.1.6. Программы вводного инструктажа, согласно которому, при несчастном случае на производстве работник обязан вызвать работника здравпункта, сообщить начальнику цеха, сохранить до расследования обстановку на рабочем месте и состояние оборудования таким, каким они были в момент происшествия, суд находит несостоятельной, поскольку в судебном заседании установлено и подтверждено доказательствами, что после получения травмы М.И.Ю. обратился в травмпункт в этот же день, и поставил в известность о полученной травме непосредственного начальника службы безопасности. Не обращение Михалева И.Ю. в медпункт на территории предприятия, само по себе не может служить доказательством получения травмы работником вне рабочее время и за территорией предприятия.
В соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 8 Закона № 125-ФЗ пособие по временной нетрудоспособности, назначаемое в связи со страховым случаем, выплачивается за счет средств обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. Кроме того, оно начисляется в размере 100% заработка и максимальным размером не ограничивается.
На основании п. 9 Правил начисления, учета и расходования средств на осуществление обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Правительства РФ, пособия по временной нетрудоспособности, назначенные в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, застрахованному лицу выплачивает страхователь, с которым оно состоит в трудовых отношениях.
Из представленных больничных листков М.И.Ю. следует, что ему оплатили 60% от заработной платы: по больничному листку № ВС 017700 от 09.10.2008г. за 39 дней – сумму в размере 21 766,29 руб., по больничному листку № ВТ 7918311 от 17.11.2008г. за 10 дней – сумму в размере 5 581,10 руб.
Таким образом, суд считает требования М.И.Ю. о взыскании с ответчика ООО пособия по временной нетрудоспособности в размере 100% подлежащими удовлетворению в полном объеме исходя из следующего расчета: При определении среднедневного заработка истца суд принимает во внимание справки работодателя от 02.03.2010г. о размере заработной платы, фактически отработанное время и исходит из следующего расчета: 279 988,08 руб. (начисленная заработная плата в расчетном периоде) : 301 дн. = 930,19 руб. (средний дневной заработок) х 49 дн. (больничные листы с 09.10.08г. по 26.11.08г.) = 45 579,31 руб. – 27 347,39 руб. (выплаченные 60% от заработной платы) = 18 231,92 руб. – сумма недоплаты по листкам нетрудоспособности, которая подлежит взысканию в пользу М.И.Ю. с ООО.
Необоснованны доводы представителя ответчика о том, что требования о компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению, поскольку вины работодателя в причинении истцу травмы нет.
Согласно ст. 1100 ГК РФ основанием компенсации морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь и достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.
В силу ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Таким образом, компенсация морального вреда, причиненного работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, прямо предусмотрена законом.
Истцом М.И.Ю. заявлены требования о компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей.
Учитывая, что действиями ответчика истцу причинены нравственные страдания, выразившиеся в нарушении его трудовых прав, в частности, отказе в составлении акта о несчастном случае на производстве, что повлекло для истца выплату заработной платы в меньшем размере, суд считает необходимым взыскать с ответчика компенсацию морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает объем и характер нравственных страданий, причиненных истцу, степень вины ответчика, требования разумности и справедливости и считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.
Также с ответчика в пользу М.И.Ю., в соответствии со ст. 98 ГПК РФ, подлежат взысканию расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы в размере 5 349 руб., что подтверждается чеком (л.д. 200).
Вместе с тем, не подлежат удовлетворению требования М.И.Ю. о взыскании с ООО дополнительных расходов в виде приобретения HCS канулированного винта в сумме 21 046 руб., поскольку дополнительные расходы, согласно ФЗ-125 «Об обязательном социальном страховании…» возлагаются на Фонд социального страхования, и только при наличии прямых последствий страхового случая, на лечение застрахованного, осуществляемое на территории РФ непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая на производстве до восстановления трудоспособности или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы травма, полученная М.И.Ю., квалифицируется как вред здоровью средней тяжести.
В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством РФ, сумма госпошлины составляет 746 руб. 96 коп.
На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ

решил:

Исковые требования М.И.Ю. к ООО, ГУ о возмещении вреда здоровью и компенсации морального вреда – удовлетворить частично.
Признать травму, полученную М.И.Ю., 08 октября 2008 года, несчастным случаем на производстве.
Взыскать с ООО в пользу М.И.Ю. пособие по временной нетрудоспособности в размере 18 231 руб. 92 коп., компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., расходы за проведение судебно-медицинской экспертизы в размере 5 349 руб., а всего 28 580 (двадцать восемь тысяч пятьсот восемьдесят) руб. 92 коп.
Взыскать с ООО госпошлину в доход государства в размере 746 руб. 96 коп.
В остальной части в удовлетворении исковых требований М.И.Ю. – отказать.
-->